Се­год­ня у нас в гос­тях Еле­на Ро­манен­ко — ав­тор вось­ми книг, ла­уреат меж­ду­народ­ной ли­тера­тур­ной пре­мии им. Яну­ша Кор­ча­ка, мно­гих дру­гих пре­мий и наг­рад.

1. Ва­ше мне­ние о сов­ре­мен­ной ли­тера­туре? Кто из сов­ре­мен­ных ав­то­ров, на Ваш взгляд, дос­то­ин встать в один ряд с Дос­то­евс­ким, Че­ховым?

Она очень раз­но­кали­бер­ная. Сме­шение сти­лей и жан­ров. Хо­тя, ко­неч­но, су­щест­ву­ет мас­са книг, ко­торые жест­ко при­дер­жи­ва­ют­ся фор­ма­та.

Люд­ми­ла Пет­ру­шевс­кая, сов­ре­мен­ный клас­сик. Воз­можно, Гриш­ко­вец, То­каре­ва, Ар­ба­това, Толс­тая.

2. Что важ­нее для ав­то­ра — до­нес­ти свою мысль до чи­тате­ля как мож­но точ­нее, или на­обо­рот, ос­та­вить ши­рокий прос­тор для раз­ду­мий и тол­ко­ваний?

Это каж­дый сам для се­бя ре­ша­ет. И да­же — для раз­ных ве­щей мо­жет быть раз­ный под­ход. Я обыч­но не скры­ваю сво­его от­но­шения, свои мыс­ли, но ос­тавляю за чи­тате­лем пра­во де­лать вы­воды.

3. Над ка­кой кни­гой Вы сей­час ра­бота­ете?

«От­рывки жиз­ни». Ра­бочее наз­ва­ние.

4. Сог­ласны ли Вы с тем, что мы жи­вем в век разв­ле­катель­ной ли­тера­туры, а серьез­ная про­за пос­те­пен­но ухо­дит на вто­рой план?

Воз­можно. Для серьез­ных книг не­об­хо­дима нес­пешность.

5. Мо­гут ли ки­но, те­леви­дение пол­ностью за­менить че­лове­ку кни­ги?

Нет.

6. Вы мно­го пи­шете о жи­вот­ных; по­чему Вы выб­ра­ли эту те­му?

Я люб­лю жи­вот­ных. Всег­да лю­била, сколь­ко се­бя пом­ню.

7. Мож­но ли ска­зать, что в на­ши дни ин­те­рес к ани­малис­ти­ке в про­зе пос­те­пен­но те­ря­ет­ся?

Не знаю. Воз­можно, мой круг об­ще­ния сос­то­ит из лю­дей, лю­бящих жи­вот­ных. По­это­му я не за­мечаю уга­сания ин­те­реса.

8. Ко­го из пи­сате­лей-ани­малис­тов Вы бы мог­ли по­сове­товать чи­тате­лям?

Дже­ральд Дар­релл, Джей­мс Хэр­ри­от.

9. Расс­ка­жите, по­жалуй­ста, о сво­ей ра­боте в об­щест­ве за­щиты жи­вот­ных.

Вре­мя от вре­мени я пе­редаю об­щест­ву свои кни­ги. Их расп­рос­тра­ня­ют на выс­тавках и про­чих ме­роп­ри­ятиях. День­ги идут в при­ют для без­домных жи­вот­ных.

Рань­ше пи­сала статьи в мест­ные га­зеты, ос­ве­щая де­ятель­ность об­щест­ва, и всту­пая в по­леми­ку с те­ми жур­на­лис­та­ми, кто про­паган­ди­ровал жи­водер­ни. Пе­ри­оди­чес­ки выс­ту­паю на об­ласт­ном ра­дио, чи­таю расс­ка­зы о жи­вот­ных в сот­рудни­ча­ющей с об­щест­вом ра­ди­опе­реда­че.

10. Как Вы пред­по­чита­ете пи­сать — спер­ва сос­тавля­ете план, раск­ла­дыва­ете его по сце­нам, или боль­ше по­лага­етесь на ин­ту­ицию?

Ес­ли кни­га боль­шая — ча­ще неч­то вро­де пла­на. Строч­ка или сло­во для каж­дой гла­вы. Пос­те­пен­но ту­да мо­жет до­бавить­ся еще па­ра-трой­ка эпи­зодов, ди­ало­гов, сцен, ге­ро­ев или слов, не вов­ре­мя всплыв­ших (ког­да до это­го мес­та еще не доб­ра­лась) и ме­ша­ющих дви­гать­ся даль­ше, по­ка не за­пишу.

Иног­да ви­жу толь­ко кон­цовку. Иног­да толь­ко на­чало. Иног­да — ка­кую-то от­дель­ную сце­ну. По­том это об­раста­ет де­таля­ми. Бы­ва­ет так, что ге­рои не под­чи­ня­ют­ся мо­ему сю­жету, тог­да я прос­то за­писы­ваю то, что про­ис­хо­дит, не пы­та­ясь на­силь­но ре­али­зовать свой план.

Всё, что я пи­шу, я предс­тав­ляю как ки­но. Толь­ко боль­ше. По­тому что я еще и чувс­твую за всех.

11. Ва­ше от­но­шение к хэп­пи-эн­дам?

Не­кото­рые хэп­пи-эн­ды нас­толь­ко при­тяну­ты за уши, что это силь­но разд­ра­жа­ет. Но все рав­но, хо­чет­ся, что­бы они бы­ли. К со­жале­нию, в ре­аль­ной жиз­ни они не так час­то слу­ча­ют­ся. А ре­ализм мне все же бли­же.

Иног­да са­ма пи­шу неч­то вро­де «свя­точ­ных» расс­ка­зиков. Что­бы хо­тя бы в том ми­ре, над ко­торым я власт­на — в при­думан­ном мной, — хоть иног­да всё кон­ча­лось хо­рошо. Что­бы не уби­вать на­деж­ду окон­ча­тель­но.

12. Вы мно­го за­нима­лись об­щест­вен­ной ра­ботой, в ли­тера­тур­ных со­об­щест­вах. В чем плю­сы и ми­нусы этой де­ятель­нос­ти? Че­му она Вас на­учи­ла?

«Та­лан­там на­до по­могать, без­дарнос­ти пробьют­ся са­ми». У ме­ня был хо­роший Учи­тель. Я ста­ралась быть по­хожей на не­го. Да­вать лю­дям на­деж­ду, уве­рен­ность в се­бе, что­бы бы­ли си­лы для даль­ней­ше­го раз­ви­тия. По­мога­ла и прак­ти­чес­ки.

Ис­ка­ла но­вые жур­на­лы, из­да­тель­ства, нуж­да­ющиеся в ав­то­рах. Счи­тала глав­ным прин­ци­пом — отк­ры­тость ин­форма­ции для всех. Это я про кон­курсы или се­мина­ры, нап­ри­мер. У всех долж­на быть воз­можность быть ус­лы­шан­ным.

Плю­сы и ми­нусы.

Предс­та­вим двух че­ловек, у ко­торых сло­маны но­ги. Им ну­жен кос­тыль, под­порка. Не­кото­рые, выз­до­рав­ли­вая, отб­ра­сыва­ют кос­тыль и на­чина­ют хо­дить са­ми. Да­же бе­гать. Но боль­шинс­тво пред­по­чита­ет пе­рес­тать хо­дить во­об­ще.

Они хо­тят, что­бы их но­сили. Так про­ще. Но моя шея не вы­дер­жи­ва­ет та­кого ко­личест­ва лю­дей. Ко­торые, к то­му же, нас­толь­ко при­выка­ют к по­мощи, что на­чина­ют уже ее тре­бовать. И воз­му­щать­ся, ес­ли я за свой счет не отп­ра­вила их оче­ред­ную наб­ранную мною ру­копись на оче­ред­ной кон­курс.

Или отп­ра­вила, но они не ста­ли ла­уреата­ми. О бла­годар­ности я во­об­ще про­мол­чу.

В об­щем, есть лю­ди, ко­торым сто­ит по­могать — им на­до толь­ко дать нап­равле­ние и под­держи­вать курс. А есть и дру­гие. Из-за вто­рых я и пе­рес­та­ла за­нимать­ся об­щест­вен­ной ра­ботой офи­ци­аль­но.

Но по­могать та­лант­ли­вым ав­то­рам я про­дол­жаю и сей­час.

13. Что, кто, на Ваш взгляд, важ­нее для хо­роше­го пи­сате­ля — сам текст или бу­дущий чи­татель? По­чему?

Текст. Ес­ли нач­нешь подс­тра­ивать­ся под воз­можно­го бу­дуще­го чи­тате­ля, по­теря­ешь се­бя и по­лучит­ся дрянь. Не­воз­можно уго­дить всем.

Ес­ли пи­шешь, со­вер­шенно не ду­мая, что это кто-то проч­тет во­об­ще, пи­шешь прос­то по­тому, что не мо­жешь это­го не на­писать — тог­да чи­татель обя­затель­но най­дет­ся.

14. Ва­ше мне­ние о на­силии в кни­гах? Дол­жен ли ав­тор из­бе­гать сцен на­силия, что­бы не трав­ми­ровать чи­тате­лей? Или ав­тор не впра­ве из­бе­гать сцен на­силия, де­лая свои кни­ги неп­равдо­подоб­ны­ми, да­леки­ми от жиз­ни? Как най­ти грань меж­ду ре­ализ­мом, прав­дой и сма­кова­ни­ем на­силия?

Сма­кова­ние — омер­зи­тель­но. Но из­бе­гать прав­ды то­же нель­зя. В мо­их кни­гах есть сце­ны на­силия, за ко­торые ме­ня ру­гали од­ни и хва­лили дру­гие. Каж­дый сам для се­бя оп­ре­деля­ет ме­ру.

Иног­да, что­бы про­бить бро­ню рав­но­душия, не­об­хо­димы рез­кие сце­ны. У каж­до­го своя прав­да. Но я не ве­рю, что су­щест­ву­ет хо­тя бы один че­ловек, ко­торый не зна­ет бо­ли, не стал­ки­вал­ся с жес­то­костью, под­лостью, грязью.

Ес­ли за­мал­чи­вать по­доб­ные мо­мен­ты, то по­лучит­ся ложь. Ес­ли рас­тить ре­бен­ка толь­ко на доб­рых сказ­ках, он по­гиб­нет, вый­дя за по­рог ро­дитель­ско­го до­ма.

Впро­чем, каж­дый вы­бира­ет сам. Тем, кто чи­та­ет кни­ги для от­ды­ха, для разв­ле­чения, воз­можно, хо­чет­ся уй­ти от дей­стви­тель­нос­ти. «По­жить» в ил­лю­зор­ном ми­ре. И это то­же не­об­хо­димо.

15. В Ва­шем твор­ческом ба­гаже — юмо­рис­ти­чес­кие фес­ти­вали и кон­церты. Что Вам осо­бен­но за­пом­ни­лось? Как выг­ля­дит жизнь «за ку­лиса­ми»?

В на­чале всег­да бы­ло оди­нако­во. По­ка шла к мик­ро­фону, мои ру­ки и но­ги на­чина­ли дро­жать. Хо­рошо, хоть го­лос ос­та­вал­ся спо­кой­ным. Дрожь про­ходи­ла, как толь­ко зал взры­вал­ся хо­хотом. В нуж­ных мес­тах, при­чем:)

Од­нажды был ка­кой-то фес­ти­валь ле­том, на ули­це. Я чи­тала расс­каз «Пес­ня плас­ти­ковых бу­тылок». В прин­ци­пе, он не чис­то юмо­рис­ти­чес­кий, у ме­ня, на­вер­ное, во­об­ще та­ких нет, все с грус­тинкой. Я чи­тала ар­тисти­чес­ки — с па­уза­ми, ме­няя ак­цент, дик­цию и т.д. Ми­мо про­ходя­щий на­род ос­та­нав­ли­вал­ся, хо­хотал, не­кото­рые да­же са­дились на бор­дюр и кор­чи­лись от сме­ха.

Но боль­ше все­го ме­ня по­разил один че­ловек. Пос­ле то­го, как я до­чита­ла расс­каз и дол­го раск­ла­нива­лась под бур­ные ап­ло­дис­менты, ко мне по­дошел бо­рода­тый муж­чи­на, бед­но, но чис­то оде­тый.

У не­го бы­ли ка­кие-то прос­ветлен­ные гла­за, он не пла­кал, но был бли­зок к это­му. Он поп­ро­сил мою ру­ку и, к мо­ему сму­щению, по­цело­вал ее, стоя на ко­ленях. Муж­чи­на был трезв. Он ска­зал:

— То, что вы чи­тали… Это нас­то­ящее. Это жизнь… Я бомж. Но я чувс­твую. Спа­сибо…

16. Расс­ка­жите, по­жалуй­ста, о сво­ей жур­на­лист­ской де­ятель­нос­ти.

Это скуч­но. Впер­вые я что-то на­писа­ла лет в 12 или 14, отп­ра­вила в мест­ную га­зету. К мо­ему удив­ле­нию, это на­печа­тали. Мне пон­ра­вилось:) К со­жале­нию, «ше­девр» не сох­ра­нил­ся, по­тому что ро­дите­ли на да­че чис­ти­ли на этой га­зете се­лед­ку:)

Позд­нее, в этой же га­зете на­печа­тали ин­тервью со мной (в ду­хе «стра­на долж­на знать сво­их ге­ро­ев»). И ко мне по­том в те­чение по­луго­да под­хо­дили раз­ные нез­на­комые лю­ди на ули­це и де­лились прос­то «ге­ни­аль­ны­ми» ис­то­ри­ями. По­чему-то все счи­тали, что мне со­вер­шенно не о чем пи­сать.

А, вспом­ни­ла! Есть на мо­ей со­вес­ти од­на вещь. При­ят­ная. По­тому что не­ожи­дан­ная.

В той же мест­ной га­зете я как-то под­ня­ла воп­рос о том, что в на­шем го­роде нет те­лефо­на до­верия.

Раз нет церк­ви, а же­лание ис­по­ведать­ся бы­ва­ет у мно­гих, по­чему бы нам хо­тя бы та­кой те­лефон не ор­га­низо­вать? И пош­ли пись­ма!.. До лю­дей слов­но дош­ло — а ведь и прав­да, по­чему у нас нет церк­ви?

Как-то сти­хий­но ор­га­низо­вал­ся фонд, ста­ли со­бирать день­ги на пост­рой­ку хра­ма. По­том и свя­щен­ник на­шел­ся. Сей­час в Че­бар­ку­ле уже две церк­ви. И мне при­ят­но в глу­бине ду­ши знать, что имен­но мой го­лос был пер­вым, ес­ли мож­но так штам­по­ван­но вы­разить­ся — пер­вым кир­пи­чиком в этом фун­да­мен­те:)

17. Сколь­ко вре­мени ухо­дит у Вас на ра­боту над кни­гой, расс­ка­зом от за­мыс­ла до воп­ло­щения?

Всег­да по раз­но­му. Иног­да расс­каз воз­ни­ка­ет в счи­тан­ные ми­нуты — толь­ко за­писы­вай. А не­кото­рые зре­ют го­дами. Иног­да так и уми­ра­ют, не ро­див­шись. Но ку­да ху­же пи­сать сы­рой расс­каз, ко­торый еще не го­тов к рож­де­нию. Или на­обо­рот, вы­дав­ли­вать из се­бя тот, что уже умер.

Во­об­ще, я пи­шу быст­ро. В том смыс­ле, что я бе­гун на ко­рот­кие дис­танции — не умею рас­тя­гивать удо­воль­ствие, мне нуж­но на­писать всё на од­ном ды­хании. С боль­ши­ми ве­щами слож­нее.

Ког­да их пи­шу, ма­ло сплю и во­об­ще силь­но отс­тра­ня­юсь от ре­аль­ной жиз­ни, что­бы не сбить­ся с рит­ма. Очень вы­маты­ва­ющий, но про­дук­тивныЙ пе­ри­од. Ес­ли при­ходит­ся вещь от­ло­жить, сде­лать пе­рерыв, то по­том пе­речи­тываю с са­мого на­чала, что­бы опять ды­шалось в лад.

18. Что для Вас бли­же — расс­ка­зы, ро­маны, по­вес­ти? По­чему?

Расс­ка­зы. Я и чи­тать их люб­лю боль­ше, и пи­сать их лег­че. Уже объяс­ни­ла вы­ше — мне нуж­но, что­бы на од­ном ды­хании. И чи­тать и пи­сать. Впро­чем, боль­шие кни­ги я то­же «прог­ла­тываю» быст­ро. Мне луч­ше до ут­ра не спать, но до­читать, чем це­дить по стра­нице в день.

19. Вы ла­уреат мно­гих ли­тера­тур­ных наг­рад и пре­мий. Что они зна­чат для Вас?

Не­кая за­щита от лю­дей. Ко­торые ме­ня не чи­тали и вряд ли чи­тать бу­дут. Для та­ких очень важ­ны яр­лы­ки, штам­пы и рам­ки. Ес­ли я прос­то си­жу и что-то пи­шу, это не нор­маль­но. Так лю­ди не жи­вут. Зна­чит, я ан­ти­соци­аль­ный эле­мент, ту­не­ядец, псих и прос­то ду­ра. А вот ес­ли ме­ня кто-то где-то наг­ра­дил-оце­нил, тог­да я и, прав­да, пи­сатель.

На са­мом де­ле — ерун­да это всё.

20. Ка­кие ге­рои Вам ин­те­рес­ны?

Не шаб­лонные. Лю­ди ин­те­рес­ны все — по­тому что все раз­ные. И в каж­дом столь­ко все­го на­меша­но… А вот ге­рои в ли­тера­туре и ки­но час­то бы­ва­ют слиш­ком плос­ки­ми.

Хо­роший-пло­хой, злой-доб­рый и т.д. Иног­да бы­ва­ет пло­хой, но для ори­гиналь­нос­ти до­бав­ля­ют ка­кую-то не­ожи­дан­но доб­рую сто­рону. Но это то­же шаб­лон, бо­лее глу­боким ге­рой обыч­но от это­го не ста­новит­ся.

21. В чем, на Ваш взгляд, сос­то­ит вол­шебс­тво, ко­торое де­ла­ет кни­гу ин­те­рес­ной? Сю­жет? Пер­со­нажи? Стиль? Или та нез­ри­мая связь, что ус­та­нав­ли­ва­ет­ся меж­ду чи­тате­лем и ав­то­ром?

Всё вмес­те. Для ме­ня лич­но важ­ным яв­ля­ет­ся отож­дест­вле­ние с пер­со­нажа­ми. Без раз­ни­цы — муж­чи­ны они или жен­щи­ны, кто по про­фес­сии, из ка­кой эпо­хи или с ка­кой пла­неты. Они мо­гут быть и жи­вот­ны­ми, и ска­зоч­ны­ми су­щест­ва­ми, и да­же не­оду­шев­ленны­ми пред­ме­тами.

Или мне бли­зок об­раз мыс­лей ав­то­ра, ко­торый не всег­да при­сутс­тву­ет в кни­ге, но час­то ощу­ща­ет­ся. Ес­ли нет ни­чего близ­ко­го, ни­чего уз­на­ва­емо­го, ни­чего «цеп­ля­юще­го» — ско­рее все­го, кни­га прой­дет ми­мо соз­на­ния.

Блог Еле­ны Ро­манен­ко в Жи­вом Жур­на­ле — ap­re­lena